Владимир Мегре, “Родовая книга”, глава “В каком из храмов Богу быть” (первая притча Анастасии)
В одном из многочисленных людских селений на земле счастливо жили люди. Семей в том поселении девяносто девять было. У каждой из семей прекрасный дом, причудливой резьбой украшенный.
Сад вокруг дома плодоносил ежегодно. Сам овощи и ягоду растил. Весну встречали люди радостно и летом наслаждались. Весёлых, дружных праздников чреда рождала песни, хороводы.
Зимой от ликований каждодневных отдыхали люди. И созерцая небеса, решить пытались — можно ль звёзды и луну в узоры лучшие, чем есть, сплести.
В три года один раз, в июле месяце, те люди собирались вместе на поляне у окраины селенья своего. В три года один раз на их вопросы голосом обычным Бог отвечал.
Невидим взору глаз обычных, Бог каждым ощутим являлся. И вместе с каждым жителем селения решал, как лучше жизнь из дней построить будущих. Был философским разговор людей и Бога, а иногда совсем простым, шутливым.
Вот, например, вставал мужчина средних лет и Богу заявлял:
— Ты что же, Бог, на празднике этим летом, когда с рассветом все мы собрались, дождём мочить всех стал? Лил до обеда дождь, как будто водопад небесный, к обеду только солнце засияло. Ты что же, до обеда спал?
— Не спал, — Бог отвечал, — с рассвета думал я, как лучше поступить, чтоб праздник удался на славу. Увидел я, как кое-кто из вас, идя на праздник, омыться чистою водою поленился.
Как быть? Испортят праздник своим видом нечестивцы. И я решил сначала всех омыть, потом развеять облака и солнышка лучам дать обласкать омытые водой тела людские.
— Ну ладно, коли так… — мужчина согласился, украдкой крошки от еды с усов смахнул и вокруг рта у сына своего стал оттирать черники краску.
— Скажи мне, Бог, — у Бога спрашивал мужчина — пожилой задумчивый философ, — над нами в небе много звёзд, что означает их причудливый рисунок? Могу ли я, коль выберу понравившуюся душе моей звезду, когда наскучит жизнь земная, там поселиться со своей семьёй?
— Рисунок тел небесных, мерцающих во тьме, о жизни всей вселенной сообщает. Расслабленность и собранность души позволит книгу неба прочитать. Не праздности иль любопытству книга неба открывается, а помыслам лишь чистым и значимым.